Жалость и сострадание – в чем разница?

16 фев

0

редактор

На седмица страшного суда читается Евангелие о том, как Христос приходит судить мир. Те, которые любили и сострадали, служили ближнему в результате оказываются по правую сторону от Судии, а те, кто не любил, не сострадал , не жалел – по левую сторону. В чем же должна появляться наша жалость к ближнему или сострадание, и в чем разница между состраданием и жалостью?

Сострадание и жалость – это категории любви, милосердия. Они могут иметь разную меру. Жалость это тоже проявление любви, сострадания, но проявление пассивное. Ее противоположное проявление – безжалостность. Кажется, Горький сказал, что жалость унижает человека. Поэтому такое явление как жалость из нашей жизни устранили. Эту безжалостность можно наблюдать, например, в цирке, когда клоун падает, а весь зал хохочет. В комедиях, когда неуклюжесть, последующие страдания вызывают смех. (В мультфильмах «Ну, погоди», «Маша и медведь»). Если эту ситуацию перенести на себя: человек идет по улице, падает, разбивает лицо, травмирует себе локоть или еще что-то. К нему кто-то быстро подбежал, помог подняться, отряхнул, еще чем-то помог. Другой вариант – все хохочут. И чем трудней ему подняться, тем больше хохочет толпа. Получается, что современный юмор построен не на остроумии, веселых вещах, а на трагических.

А вот юмор святых отцов, людей очень добрых, радостных, их юмор, даже если он критический, сатирический, был направлен на себя. И никто из них никогда не высмеивал другого человека, тем более его неудачи, ошибки, его грехи, его падения.

Мы постепенно пришли по Горькому к тому, что стали понимать, что жалость – это некий недостаток, это то, что не нужно человеку. Мы часто превращаемся в безжалостных людей, когда нужно сострадать. У нас возникает не только смех, но и зложелательство, злопыхательство: «Так ему и надо. И еще побольше». Получается, качество милосердия, милующего сердца, фактически утрачено.

Часто не имеем жалости к больному, к умирающему. Человек уходит из жизни, и рядом нет никого, кто разделил бы его скорбь, проводил в мир иной, поддержал. К сожалению, таких людей все меньше и меньше. И самое печальное, когда мы окажемся в таком же состоянии, рядом не найдется сострадающего, потому что в детях это качество мы не воспитали.

О сострадании. Проявление жалости - это пассивное состояние. А сострадание – это такое проявление милосердия, когда человек входит в состояние страдающего человека. Он со-страдает. Например, когда раненый отстал от отряда, а другой не бросает его, а выводит, несет на себе его и его оружие, чтобы его спасти, он принимает страдание вместе со страдающим. Здесь уместно вспомнить притчу о самарянине, который проявил милосердие. В этой притче был не только самарянин, есть другие действующие лица, - разбойники, израненый и ограбленный человек, священник и левит. Притчу, наверное, все знают. Человек шел в Иерихон, на него напали разбойники, избили, ограбили и бросили. Мимо прошел священник и не оказал помощи, прошел левит и не оказал помощи. А самарянин, человек другой веры и национальности, за свой счет оказал ему помощь и практически спас его от гибели.

Самые безжалостные лица в этой притче – разбойники, у которых любовь к богатству была настолько велика, что жизнь человека, его муки и его боль были для них несопоставимы с теми ценностями, которые можно было у него отобрать. Здесь видно, что там, где появляются какие-либо страсти, (прежде всего сребролюбие, стяжательство, стремление к богатству) там жалость и сострадание не имеют места. И сегодня все это продолжается. Где встает вопрос о деньгах, там о жалости забывают даже близкие родственники, и начинаются беспощадные войны. И чем больше мотивация, чем больше куш, тем жестче люди относятся друг к другу.

Мимо этого раненого люди шли вроде бы неплохие: священник, левит, тоже служитель храма. Они, может быть, и пожалели этого человека, не они не вошли в состояние сострадания, не разделили его страдания, а самарянин разделил. Он пострадал тем, что, во-первых, истратил свои средства: обработал его раны своим вином и елеем, которые и ему самому были нужны, посадил на свой личный транспорт (осла), довез до гостиницы, а сам шел пешком и следил, чтобы тот не упал с осла. А священник и левит не помогли, то ли пожалели время или средства, или еще что-то. И эта жалость оказалась большей, чем жалость к раненому человеку. А жалость самарянина к раненому оказалась настолько велика, что он не пожалел времени, средств и сил, чтобы оказать милосердие этому человеку. Такая активная позиция, в отличие от пассивной, является состраданием, потому что человек входит в страдания другого.

Самый высокий образец любви и сострадания человеку и человечеству в целом явил, конечно, Господь Иисус Христос. Он не пожалел Себя ни в чем, не проявил к Себе никакой жалости и сострадания. Он никогда не использовал Свою Божественную власть и силу в защиту Самого Себя. Он мог воскресить умершего, исцелить больного, насытить тысячи людей малым количеством хлебов и рыб, мог своей духовной властью изгнать бесов  – духов злобы, из страдающих бесноватых людей. Здесь Он проявлял и Свое могущество, и Свою силу, и Свою власть и над бесами, и над смертью, и над недугами. Но это тогда, когда речь шла о человеке, рядом с ним находящемся. По отношению к Себе Он никакой Божественной власти и силы не применял и подчинил Себя всем законам нашего грешного бытия. И это страдание (или сострадание – вхождение в страдания человека) у Христа началось с самого рождения. Будучи младенцем, Он был вынужден спасаться со Своими родителями в Египте. Далее Его страдания и сострадания роду человеческому продолжились в том, что Он терпел клевету, изгнание, преследования, презрение, ненависть и многое другое и завершились Его страдания страданиями на кресте. Здесь максимально столкнулась Божественная любовь, безграничная, безусловная, с максимальной человеческой ненавистью. И теперь, глядя на Крест, мы знаем, что такое сострадание.

Мы теперь понимаем, какие страдания может взять на себя человек, чтобы разделить страдания близкого. Мы теперь знаем, что ложь может быть побеждена истиной, что зло может быть побеждено любовью, что смерть может быть побеждена жизнью, и что после всех победителей, которые есть и, может быть, будут в этом мире, главным Победителем будет Христос. И все иные победы, особенно если это будут победы зла, коварства, будут разрушены, попраны. И над всеми иными победителями воссияет единый Победитель - Господь наш Иисус Христос.

Поэтому хотелось бы пожелать всем, во-первых, иметь жалость, потому что противоположное качество безжалостность – это тяжелое духовное свойство и для самого его носителя, потому что неумение сострадать ближнему делает сердце человека жестким, тяжелым. Человек тяжел не только для окружающих, но и для самого себя. Жалость становится пороком и унижает человека, когда она распространена на самого себя. Господь Иисус Христос в себе ничего не пожалел и нам заповедовал: «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф.16:24). Этот путь Христа ведет на Голгофу. Последование за Христом ведет прежде всего не в Царствие Небесное, а сначала на Голгофу, а уже оттуда  - в Царствие Небесное. Есть выражении у св. отцов: «В раю нераспятых нет». Поэтому всякое бегство к комфорту, уклонение от сострадания, жалости, разделения скорбей уводит нас в какую-то тину, в которой мы тихо задыхаемся от духовного смрада. Это не тот путь, который ведет к славе, к победе, к торжеству святости, добра.

Будем просить Господа, чтобы Он дал  нам мудрость и силы сострадать тем, кто сегодня находится в страданиях и физических, и духовных, и душевных, и нравственных. Сегодня мир нам дает такое обширное поле для проявления милосердия, сострадания, жалости. Когда еще было такие времена, чтобы было так много страдающих людей! Вспоминаются слова Христа, что последнее время будет самое спасительное, но спасающихся почти не будет. Т.е. когда Сын человеческий придет на землю, найдет ли Он в ком веру?

Хотелось бы пожелать всем нам, чтобы мы остались теми, в ком сохранится вера, в ком не умрет милосердие, сострадание и жалость. В таких людях сегодня нуждается мир. И особенно человек понимает это нужду, когда сам оказывается в страдательном состоянии. Суд без милости будет над теми, кто не оказал милости. И этот суд над немилостивыми людьми начинает свершаться уже в этой жизни. Что посеешь, то пожнешь. Посеешь ненависть – пожнешь ненависть. Посеешь безжалостность -  пожнешь безжалостность. Не твоя партия, не твое государство, не твое общество – ты сам лично будешь потреблять то, что посеял. Посеешь доброе – пожнешь доброе, посеешь злое, горькое, будешь питаться этим злым и горьким. Поэтому, воспоминая притчу о Страшном Суде, будем понимать, что Господь ждет от нас не только безгрешности, но и активной добродетельности. Мы должны накормить, напоить, приютить, а кроме того проявлять еще и духовную заботу, являть духовные добродетели. Будем помнить, что Господь нас любит всегда, а по этой притче о Страшном Суде  становится ясно, где мы будем, по правую строну - с овцами или по левую – с козлищами. Это, в первую очередь, зависит от нас. Выбор за нами. Господь нам предложил жизнь или смерть. «Избери жизнь, - говорит пророк – дабы жил ты и потомство твое» (Втор.30:19).

 
Читайте также